child crisis

В ходе развития ребенка психологи традиционно выделяют несколько кризисных возрастов. Так и называют «кризис 1 года», «кризис 3 лет» ну и так далее вплоть до подросткового. Мне всегда было странно слышать это слово кризис, потому что кризис в моем понимании связан с упадком или деградацией.

На опыте я вижу, что таки-да, ребенок постоянно растет, развивает и изменяется. И родителям так же необходимо меняться (в своем отношении, восприятии) вместе с ним. Однако, даже и при таком раскладе возникают некоторые проблемные моменты, которые в литературе и называют кризисом.

Если обратиться к сокровищнице научной философской мысли, то диалектическая суть кризиса сводится к противоречию. Для революции это конфликт производительных сил и производственных отношений, а для нашего случая противоречие между тем, что ребенок уже хочет получать от жизни, но еще не умеет (нет навыка).

Даже если родители гибко строят свои отношения с ребенком, учитывая его постоянное взросление, все равно внутри маленького человека накапливается противоречие. Ребенок уже хочет строить отношения по-новому, иметь больше свободы и самостоятельности, но пока не умеет ей распоряжаться. Его может загнать в ступор та свобода, к которой он стремится. Согласитесь, трудно сделать взаимосключающий выбор из двух почти одинаковых вариантов (досмотреть мультик или полакомиться мороженным). Да и взрослые-то не всегда адекватно себя ведут в подобных случаях.

Ребенку иногда трудно принимать ответственость за свой выбор. В том плане, что выбирая А, он так же выбирает и последствия А. Пример: «Ты, конечно, можешь взять с собой эту игрушку, но именно тебе придется её с собой носить и следить, чтобы не потерялась».

Таким образом все возрастные кризисы, по сути, диалектически связаны с самим процессом роста, развития. Да, они ожидаемы. В год ребенок начинает ходить, у него резко расширяется пространство активности и возможности взаимодействия с миром. Вследствие расширения такой возможности возникают проблемные моменты, типичные для всех детей этого возраста, что, собственно, и позволяет объединить их в единый «кризисный» синдром.

В три года у ребенка налаживается коммуникация. Т.е. к трем годам малыш, как правило, в состоянии изъясняться и общаться с другими малышами и возрослыми. Снова взрывное увеливение пространства возможностей, и порождаемые им внутренние противоречия, «рвущие» неокрепшую личность. :)

Свою задачу (с философской, или если угодно, с методологической точки зрения) я вижу в том, чтобы помочь ребенку поскорее приобрести важные навыкы и знания о самом себе, отсутствие которых порождает фрустрацию. Где-то смягчать своим опытом, где-то подсказать или вместе сделать важный личностный шаг. Если в ответ на скачкообразный рост потребностей ребенка мы столкнем ребенка с  таким же скачкообразным ростом ответных воздействий, то получим разрыв мозга (все видели, когда деть плачет и сам не знает, чего хочет?)

Быть может взаимодействие с ребенком в эти периоды и есть наиболее трудная и увлекательная педагогическая задача. Проблемные моменты все равно будут. И не потому что ребонок плохой. Или родитель плохой. А вследствие самой природы процесса развития. И в наших руках направить этот процесс по наиболее конструктивному пути. Эх, где бы да взять столько терпения?…